Исцеление внутреннего ребенка

Концепция Внутреннего Ребенка является частью мировой культуры уже по меньшей мере две тысячи лет. К. Юнг называл его «Божественное Дитя», а Э. Фокс — «чудо-ребенок». Психотерапевты Элис Миллер и Дональд Уинникотт ссылались на него как на «Истинное Я». Рокелл Лернер и другие исследователи зависимости от химических веществ говорили о нем как о «ребенке в душе». Внутренний Ребенок — это та часть нашей психики, которая извечно полна жизни и сил, творческих порывов и удовольствия. Это наше Настоящее Я — то, кто мы есть на самом деле.

С возрастом многим из Вас, чтобы выжить, приходится «забыть себя (или частичку себя) на заднем дворе». Вы отстраняетесь от своего Настоящего Я, хотя оно часто остается совсем рядом, на заднем дворе — но все же не под крышей дома. Нет ли у Вас ощущения, будто в жизни чего-то не хватает? Я имею в виду — в глубине души, речь сейчас не о спутнике жизни и не о деньгах. Не возникало ли у Вас такого чувства, будто утрачена какая-то частица души? Вполне возможно, это и есть указание на то, что ваш Внутренний Ребенок спрятался.

Не затворились ли Вы в своей «раковине»? Не стараетесь ли скрывать свои истинные чувства? Трудно ли Вам заводить друзей и укреплять дружеские отношения? Часто ли Вы чувствуете себя неважно? Нет ли хронической усталости? Доводится ли раздражаться без причины? Не бывает ли так, что Вы стремительно несетесь вперед, даже не помышляя о том, чтобы просто прогуляться, подышать воздухом и посмотреть на окружающий мир? Часто ли Вам бывает страшно? Нет ли у Вас постоянного чувства одиночества? Не слишком ли мало в Вашей жизни радостей? Не воспринимаете ли Вы любое дело как «тяжкое бремя»?

Просто скажите: «да» или «нет».

ВЗРОСЛЫЕ ТРУДЯТСЯ — А ДЕТИ ИГРАЮТ!

Если ваш ответ «да», то это классические симптомы недостатка любви и «спрятавшегося» Внутреннего Ребенка.

Лучшее сравнение, какое приходит в голову, — это классическая история о поисках пони в груде навоза. Ребенок входит в конюшню с мечтой посмотреть на пони. Ему сказали, что пони тут. Навоз для ребенка — дело десятое, это вовсе не помеха. Он восторженно разгребает кучу в поисках пони, смеется в предвкушении — и находит! Взрослый, которому тоже известно, что пони где-то там, часто думает только о навозе и либо просто отказывается от поисков, либо непрестанно жалуется на вонь. Его переживания связаны с навозом, а не с пони. А как поступили бы Вы?

Хорошо, мы, конечно, люди взрослые. Мы понимаем, что наш груз ответственности и забот намного тяжелее обыденного бремени ребенка. Но я сейчас предлагаю Вам оценить степень собственного внутреннего равновесия. Без «малыша внутри» гармония невозможна! Вас хоть раз называли «занудой» или «ворчуном»? А дети Вам такого не говорили? (Если да, это, вероятно, были очень мудрые дети!)

Кое-кто из Вас уже восклицает: «Только не я! У меня было счастливое детство!» Правда же заключается в том, что у многих из нас детство было далеко не счастливое, а у некоторых даже трагическое. Взросление могло оказаться мучительным периодом. Именно поэтому Вы и решили в свое время «вырыть норку и забраться туда», чтобы хоть какая-то частичка ребенка смогла пережить губительные обстоятельства. И когда это случилось, Вы утратили связь с «настоящим Я» — а одновременно и отстранились от окружающих.

Взрослея, мы часто начинаем считать собственными истинами то, что слышали от людей, имевших для нас авторитет, — родителей, учителей, воспитателей. Немалую роль играют также книги, фильмы и телевидение. Хорошо, если с возрастом мы начинаем яснее понимать, где усвоенные сведения, а где — свои собственные открытия. Тем не менее сейчас в нас уже накрепко въелись устаревшие «программы» — они по-прежнему работают в нашем характере, хотя и не приносят уже реальной пользы. Например, в детстве вы могли твердо усвоить, что с огнем играть нельзя, а спустя многие годы у вас вдруг возникла мысль ваять скульптуры с помощью паяльной лампы. Теперь вам придется пересмотреть старую «запись» и избавиться от страха и прочих чувств, которые мешают воплотить в жизнь мечту заниматься творчеством с помощью огня.

Что можно считать основной приметой здорового Внутреннего Ребенка? Гармония. Человек со здоровым Внутренним Ребенком ведет себя непринужденно, творчески, игриво и радостно. Он умеет искренне смеяться над самим собой и тем, что с ним происходит. Кроме того такой человек пребывает в тесной связи с тем, что он понимает под словом «Бог». Он всей душой ощущает Дух. Перечисление могло бы стать долгим, но Вы, наверное, уже уловили идею.

Когда летишь в самолете, стюардессы рассказывают всем пассажирам, как пользоваться кислородными масками, которые автоматически выпадают сверху, если в салоне снижается давление. Если летишь с ребенком, стюардесса непременно скажет: «Сначала позаботьтесь о себе, а потом — о ребенке». При любых перепадах «давления жизни» прежде всего нужно заботиться о себе — чтобы затем иметь возможность позаботиться о драгоценном грузе, который Дух доверил нам охранять.

Все это замечательно, но что, собственно, делать? Для начала добавим, что при падении давления кабина нашего воображаемого самолета погружается во тьму. Таким образом, прежде чем помочь своему ребенку, нужно справиться с двумя задачами: во-первых, нащупать маску и, во-вторых, надеть ее!

Найти спрятавшегося ребенка — это метафора, означающая признание того, что сейчас это дитя в Вашей жизни не участвует. Само понимание того факта, что малыш спрятался, практически сразу влечет его поиски и обнаружение. Задумайтесь вот над чем: обращаясь к своим детям с наставлениями, мы почти всегда подчеркиваем, что они уже почти взрослые. Взрослость во многом притягательна. Например, когда малыш плачет, родители часто говорят: «Не хнычь, ты ведь уже большой». А доводилось ли Вам слышать, чтобы хоть одна мама сказала карапузу: «Ты мой маленький мамочкин сыночек»? Судя по всему, похвалы всегда как-то связаны со взрослостью. И хотя мы говорим все это детям, поскольку сами считаем, что они должны откликнуться на нечто очевидное — на их собственное желание поскорее вырасти, — подобные высказывания нередко словно отрицают важность «детскости». Пришло время признать плодотворное богатство «детской личности» как в детях, так и в нас самих.

Во всем этом есть какая-то ирония судьбы. Некоторые специалисты готовы подтвердить, что, если бы нам удалось проникнуть в сокровенные чувства детей, мы бы поняли, что малыши относятся ко всему этому с истинной мудростью — да, они мечтают о привилегиях взрослых людей, но все же прекрасно сознают, насколько старшие несчастны (тем более что все это порой отражается на быте семьи). Итак, дети, возможно, вовсе не хотят взрослеть — им нравится быть маленькими! Но мы говорим сейчас о том, что любой взрослый способен вернуть себе замечательные «детские» черты, многие из которых по-прежнему у нас есть, только спрятаны где-то в глубине души.

Мне хочется рассказать Вам о великолепной книге, посвященной поискам в своей душе утраченного ребенка, причем процесс этот описывается шаг за шагом. Это одна из лучших работ о Внутреннем Ребенке из ныне существующих. Называется книга «Вернем себе Внутреннего Ребенка». Автор — доктор философии Лючия Капачионе. Вот что она говорит о Внутреннем Ребенке и о том, насколько он для нас важен: «Чтобы стать полноценным человеком, нужно слиться со своим внутренним ребенком и предоставить ему свободу самовыражения».

Итак, мы отправляемся на поиски зарытого клада! Слова «поиски клада» уже вызывают у Вашего Внутреннего Ребенка азартное предвкушение. Я же предлагаю Вам найти настоящее сокровище — самих себя! Осталось лишь рассказать о парочке способов. И если Вы воспринимаете все это достаточно серьезно, то, надеемся, формальность или новизна этих методов Вас не отпугнет. Они действенны!

Для первого общения со своим Внутренним Ребенком я бы рекомендовала тихую, спокойную и расслабленную обстановку. Кроме того, в самом начале я советую произносить слова вслух и дополнять их высказываниями о своих намерениях. Произносите любые слова, которые для вас значимы. Это не молитва, не набожность, а обращение к своим собственным сокровенным духовным чувствам, которое призвано показать, что вы совершенно искренно хотите отыскать свое утраченное сокровище.

Еще мне кажется, что очень важно «покончить с прошлым», то есть сказать своему Внутреннему Ребенку, что отныне Вы вступаете с ним в совершенно новое по форме общение. Скажите, что просите прощения за то, что забыли о нем, и за все те случаи, когда Вы не уделяли ему внимания и не оберегали его. Скажите все, что считаете необходимым, — то, что, по-вашему, эта заброшенная часть души хотела бы услышать. Возможно, Вам захочется также простить его за всю боль и телесные страдания, а равно и другие препятствия, которые возникали в Вашей жизни по его вине. Пожалуйста, не торопитесь с этой стадией процесса, поскольку откровенность, ясность и доверительность — важнейшие составляющие успеха.

Когда Вы чувствуете, что подготовили почву и можете переходить к диалогу, спросите (вслух или мысленно) своего Внутреннего Ребенка, как его зовут. Примите первый ответ, который услышите, почувствуете или воспримете как-то иначе, — и ничему не удивляйтесь. Продолжайте разговор, задавая простые вопросы: что он любит из еды, какой цвет ему больше всего нравится и так далее. Иначе говоря, не пожалейте времени на то, чтобы научиться беседовать с ним и создавать атмосферу доверительного общения. Со временем вы сможете вступать с ним в более серьезные и осмысленные диалоги. Ваша задача — вызвать у этого Ребенка ощущение безопасности, а также убедить его в том, что Вы его любите и поддерживаете. Этот Ребенок окажет вам огромную помощь — принесет радость и ощущение гармонии, здоровье и хорошее настроение. Да-да, он способен творить чудеса! Нужно только сделать его частью своей жизни.

В самом конце посидите немного и подумайте, о каком отношении со стороны взрослых вы мечтали в детстве. Это принесет полезные открытия в отношении действенного, основанного на любви воспитания — как Вашего Внутреннего Ребенка, так и детей, которых вы растите. Могу Вас заверить, что усилия, которые Вы потратите на работу с Внутренним Ребенком, окупятся сторицей и принесут огромное благо всем. Когда Ваш ребенок поставит перед вами очередную трудную задачу, пустите в ход свои новоприобретенные способности и направьте их на укрепление взаимопонимания с малышом. А если вы замечательный родитель для своего чада, то подумайте, что делаете для сына или дочери такого, чего не в силах сделать для собственного Внутреннего Ребенка. Еще раз повторю: значение этой работы для вашего собственного развития и гармонии в семье, во всем окружающем Вас мире просто невозможно переоценить!

«Сила другой руки» — так называется еще одна книга доктора Капачионе*, а также разработанный ею метод, описанный в уже упоминавшейся книге «Вернем себе Внутреннего Ребенка». Вероятно, не все читатели занимались медитацией, и многие сейчас гадают, существует ли упражнение, которое помогло бы им получить ответы от Внутреннего Ребенка. Конечно, да! Вот одно из них, придуманное доктором Капачионе: оно забавное и помогло уже очень многим людям.

У нас есть ведущая рука, а вот вторая при этом «атрофируется» от бездействия и «каменеет» с самого раннего детства. Как ни парадоксально, именно эта недоразвитая, «другая рука» и способна помочь нам вернуться к Внутреннему Ребенку. Благодаря ей начинает действовать правое полушарие мозга. Дело в том, что каждое полушарие человеческого мозга управляет противоположной стороной тела. Кроме того, уже выяснено, что у полушарий есть своя «специализация». В левом полушарии находятся речевые центры, контролирующие языковые и аналитические способности. Это полушарие называют «линейным», «логическим». Правое полушарие, напротив, не связано со словесным мышлением и руководит зрительно-пространственным восприятием, эмоциями и интуицией. Попытки писать «нерабочей» рукой обеспечивают прямой доступ к функциям правого полушария. Когда записываешь «другой рукой» диалоги между Ребенком и взрослым (или Внутренним Родителем — «рабочей рукой»), два полушария мозга вступают в прямое общение.

Благодаря своей долгой работе с Внутренним Ребенком доктор Капачионе выяснила, что, когда человек пишет «нерабочей рукой», он получает непосредственный доступ к функциям правого полушария. Один из используемых ею приемов письма она называет «разговор двумя руками».

Нам предлагается записывать беседу с Ребенком, перекладывая карандаш из руки в руку: вы, взрослый, пишете рабочей рукой (то есть той, которой пишете всегда), а ваш Внутренний Ребенок — другой, «нерабочей». Начинается все с того, что Вы высказываете Малышу Внутри свое желание «получше его узнать». Спросите, как его зовут, что он чувствует, сколько ему лет — задавайте любые вопросы, на которые ему захотелось бы ответить. Затем попросите Ребенка нарисовать то, чего ему сейчас хочется больше всего на свете. Напоследок спросите: «Что еще ты хотел бы мне сказать?» В завершение разговора поблагодарите его и скажите, что скоро обязательно побеседуете с ним еще раз. А в ходе общения помните главное: ребенок всегда прав. Он лишь описывает ощущения, которые сами по себе не хороши и не плохи — это просто то, что он чувствует.

Результаты, по заверениям доктора Капачионе, просто невероятны. Это упражнение лучше выполнять каждый день, хотя бы в течение десяти минут. Выбирайте спокойное время суток — например, прямо перед сном. Кроме того, поставьте перед собой во время беседы фотографию вашего Ребенка. Это поможет сосредоточиться на том возрасте, к какому он сам себя относит. Доктор Капачионе рекомендует также сберечь картинку, которую Ребенок нарисует на самом первом занятии, и смотреть на нее на всех последующих «сеансах».

КАК БЕСЕДОВАТЬ СО СВОИМ ВНУТРЕННИМ РЕБЕНКОМ

1. Уединитесь в спокойном и тихом месте. Дышите глубоко, погрузитесь в тот прекрасный уголок своего разума, где царит безмятежность.

2. Продумайте и произнесите вслух намерение получше узнать и найти своего Внутреннего Ребенка.

3. Задавая вопросы, пишите своей «рабочей» рукой.

4. Записывая ответы Ребенка, пользуйтесь другой, «нерабочей» рукой.

5. Спросите у Ребенка, как его зовут и попросите нарисовать самого себя. Не торопитесь, дайте ему время. И не смейтесь! Проявляйте к нему такие же любовь и терпение, какие питаете к собственным детям.

6. Задайте другие вопросы (см. выше)

7. Задайте заключительный вопрос («Не хочешь ли сказать мне еще что-нибудь?») и поблагодарите Ребенка за то, что он откликнулся и побеседовал с вами.

8. Скажите ему, что очень скоро опять поговорите с ним.

Теперь, когда вы нашли Ребенка и вступили с ним в разговор, пришла пора установить с ним те взаимоотношения, которых Вы всегда хотели. Это и есть «пере-воспитание» или, продолжая наше сравнение с кислородной маской в самолете, — «надевание маски».

Но что, собственно, это такое? Все очень просто: это выяснение идеального подхода к воспитанию вашего Внутреннего Ребенка. Иначе говоря, поиск того подхода, о котором Вы сами мечтали в детстве: то, как должны были бы вести себя Ваши «идеальные родители». Идеальные родители всегда выслушают, не откажутся с тобой поиграть, расскажут две сказки вместо положенной одной — и выкажут свое уважение к ребенку тем, что не пожалеют времени на задушевный разговор.

Разумеется, есть и многое другое, но главное — сменить «заезженную пластинку», то есть стереотипы поведения, которые делают родителей «критичными» или «властными». Вся прелесть в том, что сейчас Вы уже сами стали взрослыми! Иными словами, Вы уже разобрались со всем тем, чему так трудно было научиться в детстве. И это существенно упрощает процесс.

Что нужно делать в начале «повторного воспитания»? Вот несколько советов:

1. Общайтесь с Малышом Внутри столько, сколько ему захочется.

2. Перепачкайтесь! Да-да, в буквальном смысле! Поиграйте в грязи. Посадите что-нибудь в саду. Нарисуйте красками что-то веселенькое и глупое. Главное, не пытайтесь придерживаться привычных рамок и условностей.

3. Пойте, танцуйте, играйте на музыкальных инструментах, займитесь чем-нибудь творческим.

4. Сходите на танцы! Не умеете танцевать? Тем лучше! Двигайтесь как хотите и не бойтесь показаться смешными. Никто не подумает, что Вы со странностями, если увидит, что Вы просто резвитесь вовсю. Наоборот, Вам только позавидуют!

5. Не удивляйтесь, если встретите других таких же взрослых Детей. И, если удастся, — поиграйте вместе!

6. Время от времени разрешайте своему Внутреннему Ребенку самому выбрать, что на себя надеть (точно-точно, самое время поносить те дурацкие шортики, что вы купили когда-то).

Все, о чем мы говорили выше, прекрасно отражено в диснеевском фильме «Малыш» с Брюсом Уиллисом. Взрослый Брюс Уиллис неожиданно встречается на пороге своего дома со своим Внутренним Ребенком. Затем разворачивается процесс — герой Брюса лучше узнает этого Ребенка и начинает прислушиваться к нему. Он быстро понимает, что это не так-то легко, но когда Ребенок наконец-то сливается с его душой, происходит переоценка прошлого, перемена в его восприятии, что, разумеется, оказывает большое влияние и на настоящее. Из «критически настроенного» отца герой Брюса Уиллиса постепенно превращается в отца настоящего. Хотя фильм этот содержит фантастические элементы, в основе его лежит глубокая и правильная аналогия с концепцией Внутреннего Ребенка.

Источник:
Практика личной эффективности. Блог Алиины Маринец
По материалам книги Ли Кэрролл и Джен Тоубер "Дети Индиго 2"

 

Забота о Внутреннем Ребенке: метод, техника и контекст

(По материалам ЖЖ)

1.

Коммуникативный анализ, как известно, состоит в том, чтобы некоторое психологически неудовлетворительное состояние («проблему») представить как затруднение в коммуникации между теми или иными Внутренними (интрапсихическими) Фигурами. Часто такими Внутренними Фигурами, затруднения в коммуникации которых вызывают у человека психическое напряжение, оказываются Внутренний Ребенок и его Внутренний Родитель.

Дальше работа может идти по двум направлениям. В одном случае клиент отождествляет себя со своим Внутренним Ребенком и исследует обращение Родителя к нему как Ребенку (часто — хотя и не всегда — это оказывается интериоризацией реальных детских взаимодействий с реальными парентальными фигурами) и свои, Ребенка, реакции на это обращение. Так появляется например, фигура Грызлы как Злобного Критического Родителя, и др. В терминах кохутовской теории Self можно сказать, что Родитель здесь является Self-объектом. Мы выясняем, чем неудовлетворительна эта коммуникация, каким конкретно образом этот Родитель неадекватен в родительской функции (например, Грызла всегда оказывается, говоря словами известного анекдота, «не за меня, а за медведя»), и стараемся лишить этого неадекватного Родителя родительских прав.

Однако же при этом необходимо найти Внутреннюю Фигуру (или Фигуры), которые смогут адекватно выполнять необходимые интрапсихические функции, поскольку функция Родителя является существенно необходимой в структуре Эго. Понятно, что такая Родительская Внутренняя Фигура тоже должна быть собственной субличностью клиента.

Таким образом мы переходим к другой возможности работы с внутренними Р-Д отношениями. В этом случае Self-объектом, то есть отделяемой от «себя» субличностью, становится Ребенок, а «Я» в этом раскладе становится Родителем этому Ребенку. Здесь начинает действовать формула (вообще-то справедливая для взрослого человека и «по жизни»): во мне есть Ребенок, но я – не ребенок.

2.

В том случае, когда применение описываемой техники уместно, свое неблагополучие, о котором идет речь, клиенту следует осознать как неблагополучие своего Внутреннего Ребенка. Не «я боюсь», а «мой Внутренний Ребенок боится», не «мне одиноко», а «мой Внутренний Ребенок чувствует себя брошенным», и т.д.

Тогда, отделяя «себя» от этого Неблагополучного Внутреннего Ребенка, «сам» клиент оказывается чем-то другим (то есть отождествляет «себя» с другой субличностью), и есть шанс, что в нем естественно проснется нечто вроде родительского инстинкта, то есть спонтанное желание позаботиться об этом Неблагополучном Ребенке. Это одна из составляющих, на основе которых может формироваться Адекватный Внутренний Родитель.

Опыт показывает, что самое трудное для клиента — реально выделить в себе и отделить от «себя» этого неблагополучного Ребенка, отправляя ему все «свое» неблагополучие.

Может оказаться, что, пытаясь тут же «увидеть» и себя как Родителя этого Ребенка (заметьте разницу: быть определенной субличностью и «видеть» себя ею со стороны), человек сразу же переносит на этого себя-Родителя тот же тип неблагополучия. «Неуверенность в себе», например, которую следовало бы «отправить» Ребенку, переносится и на Родителя, и клиент говорит, что его Ребенок не может надеяться на «такого» Родителя.

Тут я раз за разом напоминаю, что Ребенку — при такой технике работы — принадлежит все «мое» неблагополучие, и каждый раз, когда определенное неблагополучие возникает в переживании, нужно осознавать его как «неблагополучие моего Ребенка», а не как «мое» неблагополучие. Этот прием — первый и решающий для осуществления описываемой техники.

2а.

Применение этой техники может вести к реальным и даже довольно неожиданным результатам. Расскажу здесь историю о том, как мне удалось однажды справиться таким образом с мигренью.

Все, кто меня знает, знают про мои мигрени. Пару раз за последнее время мне удавалось обойтись с мигренью с помощью того же метода, о котором я рассказываю.

Мигрени начались у меня лет в восемь-девять. Помню, как меня ведет домой после второго урока мама какого-то одноклассника, потому что у меня мигрень. Я доползаю до дома, до кровати и валюсь.

Так вот, начинается у меня — в нынешнем моем виде — мигрень. Я вспоминаю того мальчика и «приписываю» мигрень ему. Это у него болит голова и его мутит и тошнит. А «себе» я отвожу роль той мамы, которая ведет мальчика домой. У меня-то с головой все в порядке. Это у него голова болит, его я сейчас приведу домой, он ляжет и заснет, а я займусь своими делами.

И мне действительно удалось заняться своими делами — целый день нормально проработать.

Вот почему это возможно. Мигрень, как известно, «флюктуирует». Моментами очень плохо, а моментами почти совсем, вроде, «нормально». Если мне удается «нормальные» моменты собрать вокруг Родителя, у которого голова не болит, а моменты, когда плохо, «отдать» Ребенку (в эти моменты «меня» все равно вырубает), значит я разделил себя на больную и здоровую «части», и с каждой из них могу обойтись адекватно.

Больного Ребенка я мысленно гладил по головке, в районе затылка. И вообще отправил его спать. Он и спал, пока я занимался своими делами.

Это пример крайний — работа с физиологическим состоянием, мигренью. Более  доступные такой технике психологические ситуации тоже связаны  с состояниями, поскольку именно состояния нужно разделить, отдав неблагополучное состояние Внутреннему Ребенку, а «себе» назначив тем самым роль Родителя, который — инстинктивно, неудержимо — кидается этому Ребенку помогать.

Подчеркну, что это — вовсе не «передача ресурсного состояния», на манер НЛП, — здесь механизм совершенно иной. Я его и стараюсь описать.

2б.

(Комментарий Л.)

«… Я тут когда раньше слышала про мигрень и про делегирование ее Внутреннему Ребенку, чтобы Внутренний Родитель поддержал и все такое, как-то скептически к этому относилась… Одно дело — делегировать одиночество или чувство «экзистенциальной тоски» :). А мигрень — дело, между прочим, серьезное, как же его переложишь, болит-то реально у тебя самой :)…

А тут вот… заболели зубы... щеки нахомячились, в глазах темно, белый свет не мил, понятно… У кого болело — тот знает… :(

И ВДРУГ (надеюсь, что это накопленные усилия не пропали даром) на этой волне удалось посмотреть на себя, как на ребеночка… Я вспомнила, как выбирала стоматолога для своего настоящего ребенка, как поддерживала ее, как хотела заботиться и оградить от всех этих неприятностей... (чтобы не получилось как у меня — зубы (а заодно и психику) калечил школьный живодер, мои родители не успевали заботиться об этом)…

И в этот момент заметилось, что боль действительно носит флюктуирующий характер. И что действительно возможно в минуты затишья ВСТАТЬ НАД СОБОЙ, и прижать к себе эту девочку (несмотря на то, что там много еще всего наверчено в более взрослом возрасте... например, что зубная боль (плохие зубы) — признак дряхлости и негодности :)).

И, вот после того, как смоглось это делегировать и поддержать себя, вдруг я такой мощной теткой стала, настолько все вокруг поменялось (а ехала я на ту же работу, за те же деньги :)…

Мир преобразился… Видимо, исчезли вдруг несчастные глазки покинутого, беспомощного, взирающего на мир с бесконечным страхом и претензией человечка…

И неожиданно пришло вдруг понимание ... ну, в общем, много чего пришло. Как бы это теперь не растерять?»

 3.

Таким образом, описываемая техника предполагает, что обнаруженный в себе Внутренний Ребенок становится «субъектом» проблемного состояния, а в клиенте при этом формируется Адекватный Родитель для этого Неблагополучного Внутреннего Ребенка.

С этим связана очень важная психотерапевтическая трансформация. Пока клиент имел возможность отождествлять «себя» со своим Неблагополучным Внутренним Ребенком, то есть, фактически, быть им, ему казалось совершенно естественным просить (а то и требовать) у других людей помощи, сочувствия, заботы и пр. Конечно: он(а) же маленький (маленькая), — даром что в зеркале можно увидеть тридцатилетнего мужика или тридцатипятилетнюю «тетю».

Можно назвать это переносом или трансфером, в том расширительном (то есть не сводимом к психотерапевтическим отношениям) смысле, в каком этот термин иногда употреблял сам Фрейд.

Вполне половозрелый молодой человек в рамках переноса видит в своей партнерше маму, ибо сам себя отождествляет с ребенком, который в этой маме остро нуждается, — а партнерша ведь «по определению» должна быть к нему добра. Ну вот пусть и будет добра!

Но партнерша может иметь тот же психический статус. Это она — маленькая, это ей нужен хороший, добрый папа, поскольку «любовь» обещает ей исполнение всех ее мечтаний. И начинается борьба за то, кто в этой паре отвоюет себе положение ребенка, а кому будет навязано положение родителя.

Нередко средством этой борьбы оказывается болезнь: партнеры соревнуются в том, кто из них «более болен», и выигравшему достается приз — желанное положение «ребенка-в-семье», а проигравшему – обязанности родителя. В одной паре, с которой я работал, эта берновская по своей сути игра поставила одного из партнеров на грань физической смерти, поскольку в стремлении к выигрышу он был готов «идти до конца».

Если трезво посмотреть на собственный опыт и на людей вокруг себя, нетрудно убедиться, что чужие Внутренние Дети никому не нужны.

Встречаются, правда, очень специальные невротики, непрерывно играющие Озабоченного Родителя, — но редко. Чаще встречаются игроки, на стадии ухаживания предлагающие себя в качестве родителя, но при этом готовые к «переключению», то есть однозначно имеющие в виду, что позже — когда стадия ухаживания наконец завершится — наградой им будет положение ребенка при завоеванном ложными обещаниями партнере.

Однако если человек, пользуясь предлагаемой техникой, уже сумел обнаружить в себе Неблагополучного Ребенка и отделить «себя» от него («во мне есть Ребенок, но я — не ребенок»), ему предстоит так или иначе формировать в себе самом Родителя для этого Ребенка, потому что, — скажу это несколько иначе, — попытки взаимодействовать с другими людьми из положения Неблагополучного Ребенка не ведут ни к чему хорошему.

Это не значит, что недопустимы или невозможны «Детские» взаимодействия между людьми. Однако же нормой, обеспечивающей благополучие таких взаимодействий, является, как точно описывал это Эрик Берн, присутствие Взрослых и Родителей в каждом из участников, и готовность этих Взрослых и Родителей обеспечивать уместность и безопасность ситуации (см. по этому поводу соответствующие места в его книге «Секс в человеческой любви»).

Иными словами, формула «во мне есть Ребенок, но я — не ребенок», должна быть дополнена правилом: «Не следует позволять своим Внутренним Детям вступать в контакты с другими людьми без собственного — Родительского и Взрослого — контроля». В особенности следует избегать переносов, то есть проецирования на внешних людей Родительских функций, которые должны для зрелого человека стать и оставаться внутренними.

4.

Одно из встречающихся затруднений при обхождении с неблагополучным Внутренним Ребенком состоит в том, что этот Неблагополучный Ребенок может вызвать в клиенте отторжение, недоброжелательное отношение к себе.

Действительно, он(а) не очень хорош(а). Часто сопливая, часто — раздражительная, часто — без конца ревущая, редко благодарная, почти всегда — беспомощная. Одним словом — неблагополучная. А хочется же иметь дело с хорошими детьми!

Что тут скажешь? Я нам сочувствую. Однако же приходится, в соответствии с известным анекдотом, «лопать, что дают». Так или иначе, — не только в рамках причудливой психотерапевтической техники, но и вообще «по жизни» — этот Ребенок принадлежит нашему «составу», и чем более ретиво мы их, этих «Ребеночков», отвергаем, тем хуже становится им — то есть нам.

Однако же тут нужна очень существенная дифференциация, на которую обратил внимание психоаналитик Тэхке («Психика и ее лечение»): в нашем «составе» могут быть Дети двух качественно различных родов — Дети, способные к развитию и стремящиеся к нему, и Дети, «застрявшие» в своем неблагополучии и настаивающие на нем. Нам, Работникам-над-собой, нужно активно встать на сторону первых и помочь им одержать «победу», то есть убежденно встать на сторону изменения, развития. «Безнадежные» (то есть не имеющие надежды) Внутренние Дети при этом, конечно, никуда не денутся, но будут вынуждены бежать следом за Детьми, получившими возможность развития и готовыми ею интенсивно пользоваться. Может быть, некоторые из них при этом «перевоспитаются», иные — затаятся, но внутренний «бал» будут править Дети, готовые опереться на помощь Внутренних Родителей, довериться им и «начать новую жизнь».

Только бы нам не обмануть их доверие, потому что после такого обмана станет гораздо труднее.

Как мы выяснили, у этого у этого моего сопливого-скандального Внутреннего Ребенка никого, кроме меня нет. А моя-то вся жизнь — в его соплях купается. Так что придется его, как говорят психологи-гуманисты, «принимать», причем — бескорыстно (ха-ха) и необусловленно. Ведь у него, — скажу еще и еще раз, — никого, кроме собственного Внутреннего Родителя, нет и никогда не будет. Кто этого еще не понял, — рассматривайте пристально свои переносы-трансферы, т.е. попытки повесить этого Внутреннего Ребенка на кого-нибудь внешнего. Вся описываемая процедура имеет смысл только для тех, кто уже в достаточной мере убедился, что такие попытки безнадежны. Если кто-то еще надеется, что найдется «правильный» человек-вешалка, — с тем нужно работать над этой надеждой. А кто хочет продолжать надеяться — флаг ему в руки.

5.

Итак, мы согласились заметить, что все «наше» неблагополучие принадлежит Неблагополучному Внутреннему Ребенку. Это вызвало в нас инстинктивное желание стать Родителем этому Неблагополучному Ребенку и придти (прибежать) ему на помощь.

Чем же мы можем ему помочь?

Не говоря теперь о частных случаях (некоторые примеры я привел, участники Мастерской с многочисленными примерами такого рода сталкиваются почти на каждой группе), из общих соображений можно сказать, что Неблагополучные Внутренние Дети испытывает затруднения трех типов. Во-первых, они могут продолжать переживать (пережевывать) «травму» (обиду, испуг, чувство вины и пр.), нанесенную им реальными (или воображаемыми) парентальными фигурами в детстве. Во-вторых, они боятся остаться без папы-мамы (в психоаналитической традиции это принято называть «страхом сепарации»). И, в третьих, они не справляются с трудностями жизни, в которую их — таких маленьких — безжалостно бросили.

К работе с детскими «травмами», то есть рекапингу, мы вернемся позже. Сначала поговорим о втором и третьем.

Прежде всего, описываемая техника предполагает, что, «сконцентрировав» в себе Внутреннего Ребенка (может быть, по ходу работы, даже не одного) и отделив «себя» от «него», я займусь теперь наработкой — для «него» — постоянного ощущения, что я у него есть.

В этом, собственно, и состоит смысл слова «принятие». Я у него всегда есть, во-первых, потому что он, как тот бетховенский сурок, «всегда со мною». Но этого, конечно, мало. Технически я должен теперь озаботиться тем, чтобы «слышать» его обращения и вовремя на них отзываться. Даже если по ходу жизненной ситуации мне совсем «не до него», мне придется потратить какую-то часть внимания и энергии на то, чтобы сообщить ему об этом, а также о том, когда моя «запарка» кончится я смогу обратить на него более полное внимание. И не забыть это сделать в течение разумного (с точки зрения терпения этого самого Ребенка) времени.

Поясню, что значит «технически» такое странное (непривычным людям могущее напомнить о шизофренических «голосах») словосочетание: «слышать его обращения». На самом деле это просто. Разделение на «себя» и Внутреннего Ребенка — это довольно «хитрый» технический прием коммуникативной терапии. Его невозможно (и не нужно!) поддерживать постоянно. Однако же, когда напряжение или симптом, над которым идет работа, дает о себе знать, это разделение необходимо «включить». Это значит, что, заметив проявление подвопросного симптома, мы сразу же «относим» этот симптом к проявлениям Неблагополучного Внутреннего Ребенка. Например, если мы работаем с тревогой, то, заметив в себе «накат» этой самой тревоги, клиент сразу вспоминает, что это не «он» тревожится или беспокоится, а его Неблагополучный Внутренний Ребенок (полезно, кстати, дать ему имя, вспомнив, как называли клиента или как он сам называл себя в соответствующих обстоятельствах).

Это и есть «обращение» Внутреннего Ребенка ко «мне»: если я сознаю, что тревожится он (а не я), то я также сознаю, что он на самом деле тревожится, беспокоится, и тем самым дергает «меня» за рукав: «Мне страшно (беспокойно, тревожно)». Во многих случаях того, что я это заметил и «отозвался» («Ништяк, малыш, я с тобой»), достаточно, потому что обнаружив присутствие Родителя, Ребенок успокаивается и начинает заниматься своими детскими делами, давая «мне» возможность заняться моими.

Хотите верьте, хотите — проверьте: в моем психотерапевтическом опыте это достаточно часто «работает».

6.

Однако же у этой ситуации может быть и другая сторона: тревога (и другие напряжения) Внутреннего Ребенка может быть вызвана типичной ситуацией, в которую он попадает и с которой не может справиться.

Если, например, «мне» нужно пойти за справкой в ДЭЗ (или как там это теперь называется), и «я» склонен приходить туда Ребенком, то без всякого сомнения этот «поход» раз за разом вызывает у меня привычную тревогу (или иного рода дискомфорт): не Детское это дело, пытаться объяснить этим важным взрослым «тетям», что мне от них нужно (при том, что им более всего нужно, чтобы я оставил их в покое, и от моего назойливого Детского писка они постараются отмахнуться).

Так вот, не нужно посылать Внутреннего Ребенка в паспортный стол, налоговую инспекцию и прочие места, вовсе для детей не предназначенные. Приобретя минимальный опыт в разделении субличностей, можно научиться за зарплатой посылать Дубля (как у Стругацких в «Понедельнике»), в домоуправление — адекватный аспект Социального Тела, а другой, столь же адекватный аспект того же Социального Тела — на серьезный разговор с начальником о повышении зарплаты.

Мало-мальски «нормальный» родитель, идя куда-то с ребенком, при малейшем признаке опасности делает характерный жест: отодвигает ребенка себе за спину. То же должен научиться делать и Внутренний Родитель с Внутренним Ребенком.

Это тоже может показаться с непривычки абстрактным и непонятным, но суть тоже проста. Если «мне» нужно сходить за справкой, я убираю из своего состояния и своих намерений все «детское» — всякую возможность быть по-человечески «принятым» или «непринятым», быть хорошо или плохо оцененным, потерпеть неудачу или иметь успех, — то есть все то, что свойственно ребенку и совершенно не свойственно взрослому, который делает необходимое дело так, как оно делается в данном цивилизационном локусе.

Еще в советские времена у меня был приятель, который обменял квартиру и должен был прописаться на новом месте. Это оказалось непросто: в паспортном столе у него потребовали справку из военкомата, в военкомате потребовали запрос на эту справку из паспортного стола, а в паспортном столе сказали, что запрос нужен не на эту справку, а на эту справку запрос не нужен, и давать его они не будут… Одним словом, приятель мой ездил по этим инстанциям в течение двух с лишним месяцев, учитывая, что паспортный стол работал по определенным дням, а военкомат — по совсем другим, но так же редко. И вот он тогда преподал мне замечательный урок, который я запомнил на всю жизнь. Он договорился на работе, что в счет отпуска или каких-то отгулов он будет каждый вторник и пятницу, в течение трех месяцев (с запасом) отсутствовать на работе, и размеренно и спокойно ездил по этим инстанциям, — как на работу. Ему не приходило в голову, что он — неумеха, неудачник, что он теряет лишнее врем, и др. и пр. Он просто делал эту работу, как умел, потому что иначе не умел, и относился к этому совершенно спокойно: «Вот так у нас это делается».

Итак: Ребенку (Внутреннему Ребенку, так же как и реальным детям) не место в гуще социальной жизни. «Я» в своей Взрослой ипостаси у «него» (Ребенка) есть в том числе и для того, чтобы взять все это на себя, — что психотехнически тоже требует некоторой техники работы с состояниями, впрочем, без большого труда приобретаемой «по ходу дела».

7.

Одна из основных задач родителей — обеспечить ребенку эмоциональное состояние благополучия.

Это состояние прекрасно передается (и вызывается в рамках guided meditation) одним из Арканов Таро, — 19 Арканом, который называется «Солнце». На рисунке этого Аркана «на берегу моря, под мягкими лучами полуденного солнца играют на песке мальчик и девочка, взявши друг друга за руки. Их беззаботный смех разносится далеко вокруг. Возле них видна старая, полуразвалившаяся кирпичная стена, местами занесенная песком доверху. Прозрачные воды голубого моря раскрывают свою тайну: в изумрудной глубине виден коралловый лес, между ветками которого пробираются струйки воды, тревожа множество разноцветных раковин» (адаптировано по В.Шмакову, «Священная книга Тота»).

Это глубоко эмоциональное состояние благополучия Аркана «Солнце» тесно связано с 4-м Арканом, «Император» — его соответствием на Колесе Арканов. Одно из основных значений Аркана «Император» — символ отца. Кому же, как не Властителю (таково более понятное, и менее нагруженное историческими коннотациями значение слова «император») создавать это состояние души для вверенной Ему части Вселенной — в том числе для этих безмятежных детей?

Работая с этим Арканом, мы хорошо понимали, что это имеет прямое отношение к психотерапевтической проблематике. Благополучие — это состояние, которое должно быть основным, фундаментальным для растущего ребенка. На первых этапах, где речь идет о физическом контакте и удовлетворении нужд, чувство благополучия зависит от удовлетворения этих потребностей. Но, по-видимому, на каком-то более позднем этапе оно становится само по себе проблематичным, независимо от прочих «удовлетворений», и задача родителей — это чувство благополучия ребенку обеспечивать.

При нарушении развития на этом этапе именно обеспечения состояния психического благополучия будет искать Неблагополучный Ребенок (как внутреннее состояние невротика) в «родителе», проецируемом на окружающих. Это одна из основных функций родителя, которую растущий ребенок со временем должен ассимилировать, а взрослый человек — научиться сам себе обеспечивать, и которую невротический характер может проецировать на подходящие, — равно как и неподходящие — «экраны».

У нормально развитого человека наличествует внутренний 19 Аркан (среди многих прочих других), т.е. место глубокого внутреннего фонового благополучия. Хотя это, конечно, не значит, что у него все всегда хорошо, как у жителя «края непуганых идиотов».

Можно вспомнить здесь также гурджиевскую рекомендацию: «ищите спокойное место в себе».

8.

Коммуникативный анализ, однако — не всегда простая штука. Бывают и более сложные ситуации. Так, несколько раз я сталкивался с ситуациями, когда «неблагополучным» оказывался не «собственный» Внутренний Ребенок клиента, а Внутренний Ребенок его Родителя, интроецированного из реальной парентальной фигуры — отца или матери.

Вот несколько записей участников Мастерской.

(1) «Для В. Внутренний Неблагополучный Ребенок — ее мама. Имеется в виду, что от Мамы-Которая-Была-у-В.-в-Детстве исходит основное ощущение неблагополучия в жизни В. Мамы уже нет на свете, а внутри взрослой дочки живет ее (мамы) неустроенность-несчастливость. Мама — нежеланный ребенок своей матери (бабушки В.), к тому же родилась в войну — «не вовремя», и это ощущение ненужности запечатлелось у нее в раннем детстве (2-4 года, когда такие вещи как раз фиксируются). У В. есть и своя собственная «ненужность»: папа хотел мальчика и не рад двум дочерям, а мама принимает ее «условно», когда она тихая, послушная и помогает по хозяйству. Но мамина ненужность в жизни В. «круче».

В., например, вспоминает, как мама старательно моет-отдраивает неудобный, кривой линолеум, стирая до крови руки и демонстрируя одновременно полезность и обиду: мол, никто ничего делать не хочет, а я одна бьюсь... В. прячется от этого эмоционального давления за книжкой, но все равно чувствует себя адресатом обращения маминого Ребенка. В результате сама она оказывается в роли Родителя в этой детско-родительской коммуникации.

Взрослой В. предлагается прочувствовать горе маминого Ребенка, будучи рядом, но не отождествляясь. Тогда она может дать этому Ребенку чувство нужности независимо от «заслуг», успокоить, утешить его. При этом меняется ее собственная внутренняя ситуация».

(2) История К. — еще одна история про маминого Внутреннего Ребенка. Этот Ребенок склонен к панике, ужасу от ощущения, что остался совсем один, без родителей (тоже реальный опыт войны). Теперь мама передает это состояние К., которая должна вместе с ней прочувствовать ужас этого брошенного ребенка, — но при этом сама К. еще маленькая девочка, она ничем не может маме помочь, может только научиться переживать состояние паники.

Если теперь распутать эту непростую коммуникацию, К. уже из «взрослого» состояния может побыть с этой маленькой девочкой-мамой, помочь ей — и себе заодно.

9.

В последнее время сложился еще один способ обхождения с Внутренним Ребенком, не требующий предварительной диагностики, позволяющий эту диагностику осуществлять по ходу дела, и одновременно весьма терапевтичный.

Речь идет об опыте включения Заботливого и Принимающего Внутреннего Родителя в ситуацию, воспроизводимую в рекапинге, то есть о воспроизведении заново значимой ситуации прошлого, — чаще всего ситуации «травмы», которую охочий до переживания чувства жалости к себе клиент склонен без конца «пережевывать».

(1) Первый пример. Клиент вспоминает себя первоклассником, растерянным от того, что получил четыре (!) двойки за один день. По воспоминанию, время года — осень, то есть этот мальчишка только что пошел в школу и по-видимому, совершенно не представляет себе, чего от него хотят и что ему следует делать. Учительница же, по-видимому, не понимает, что ребенок «не въехал», злится и хочет привлечь внимание родителей к сложившемуся положению.

Клиент рассказывает, что больше всего его угнетает в этой ситуации, что, когда он обращается к родителям, они остаются безучастными. Они его немного ругают (причем он понимает, что ругают «для порядка») и отправляются смотреть фильм про шпионов по телику. Его смотреть фильм не пускают (ему даже не столько хочется смотреть фильм, сколько хочется быть с ними), а говорят, чтобы «делал уроки», а он совершенно не понимает, что ему нужно делать.

Мы видим здесь типичную ситуацию отсутствия эмпатического отклика на нужды ребенка, все по Кохуту.

В рекапинге клиенту предлагается «сегодняшним собой» пойти в эту ситуацию и стать там Родителем этому Ребенку. Родитель успокаивает Ребенка, объясняет ему, что ничего страшного не происходит, что через некоторое время к школе он приспособится (он-то точно знает, что так оно и было!), а сейчас можно посмотреть (вместе!) что задано, как с этим справляться, за что были получены двойки и т.д.

Реальные родители, которые смотрят кино, — пусть себе смотрят. Они и так уже вполне дезавуированы (по этому поводу с клиентом была ранее проделана определенная работа), надежды на них нет, зато появился Внутренний Папа, на которого можно рассчитывать, который всегда здесь.

Когда он реально появляется (в сессии), Ребенок может сообщить ему о своих эмоциях и встретит принятие и «контейнирование» этих эмоций, а также надежную опору для того, чтобы справляться со своими трудностями.

 (2) Другой пример — мой собственный. В детстве мне было трудно укладывать на полку коробки с играми, в которые я любил играть. Они, эти коробки, должны были после игры убираться на место. «Подсунуть» вынутую коробку под другие иногда удавалось, но чаще — нет, и тогда надо было снимать все игры с полки и заново укладывать всю стопку. Это было дело длинное и настолько сложное, что это вызывало у меня состояние растерянности и тревоги.

Естественно, пользуясь собственными методиками, я привожу в эту ситуацию себя-теперешнего и даю мальчишке возможность укладывать нужное не торопясь, отдавая себе (нам) отчет в том, сколько времени это может занять, просчитывая, нужно ли снимать все игры и все укладывать заново, или удастся все же что-то «подсунуть» снизу.

Главное, чтО я могу «себе» (тому и этому) обеспечить, — это спокойное разделение задач и оценку их сложности. Как говорил Г.Г.Нейгауз, не стрелять из пушек по воробьям, но и не выходить с игрушечным пистолетом против танка.

Ситуация-в-воспоминании становится гораздо более спокойной и практически не травмирующей. Ситуации с теперешними «раскладками», от расстановки книжек на постепенно строящихся полках до обхождения со сложно компонуемым массивом материалов по Кохуту, становятся приятно выполняемыми задачами, а не вызывающими угнетенное состояние проблемами.

10.

При всей «мощи» описанного метода и его очевидной «естественности» для тех, кто его освоил, нужно иметь в виду, что это, все же — довольно причудливая психотерапевтическая процедура.

Ее имеет смысл выполнять, когда «катит» (и лучше под присмотром терапевта), а в остальное время — жить, «как выходит». Когда осточертевает «жить как выходит» — можно возвращаться к «процедуре». Когда иссякает энергия на выполнение этих достаточно сложных «маневров» — снова «жить как выходит».

И НЕ ПУТАТЬ ОДНО С ДРУГИМ.